Иные стремления Чжи Тана

Чжи Тан с детства знал, что он не такой, как все. В мире, где каждый человек рождается с уникальным даром — «Стремлением», его способность казалась насмешкой судьбы. Он мог видеть чужие мечты, но не как яркие картинки будущего, а как хрупкие, почти осязаемые нити, ведущие к цели. Сам же Чжи Тан был лишен амбиций, его собственная нить была тусклой и обрывалась, не доходя до горизонта. Общество поклонялось сильным «Стремящимся» — тем, кто мог ускорить время, управлять стихиями или читать мысли. Чжи Тана считали бракованным, пустым местом, которое только мешается под ногами у великих. Его жизнь превратилась в череду унижений и попыток доказать, что он не бесполезен, пока однажды он не наткнулся на девушку, чья нить Стремления была черной, как бездна, и вела в никуда. Она не хотела жить, и её дар медленно убивал её саму. Впервые Чжи Тан понял, что его «бесполезная» способность может стать единственным спасением для тех, кого общество списало со счетов.

Пытаясь помочь девушке, Чжи Тан погружается в мир, где Стремления — это не благословение, а проклятие. Он узнает, что за яркими дарами скрываются сломленные судьбы: пироманьяк, сжигающий себя изнутри, телепат, сходящий с ума от голосов в голове, и ускоритель, чье тело разрушается от каждого шага. Чжи Тан обнаруживает, что его дар — не просто видеть нити, а переплетать их, забирая чужую боль и направляя энергию в безопасное русло. Но за это приходится платить: каждый раз, спасая другого, он теряет частичку себя, а его собственная нить становится все тоньше. Вскоре на него выходит тайная организация, которая десятилетиями скрывала правду о темной стороне Стремлений. Они предлагают Чжи Тану сделку: исцелить всех «бракованных» и обрести наконец собственное могучее Стремление, но ценой стирания памяти о тех, кого он спас. Теперь перед ним стоит выбор: остаться никем, но сохранить чужую боль в своем сердце, или стать великим, забыв, ради чего он вообще начал этот путь.